Мишель Каза: жизнь, посвящённая трафаретной печати

Грэм Ричардсон-Локк отдает дань уважения соучредителю FESPA и подробно рассказывает о его многолетней карьере, технических инновациях, творческом сотрудничестве, а также о его приверженности делу повышения отраслевых стандартов.

Немногие люди могут похвастаться тем, что прожили историю трафаретной печати так полно, как Мишель Каза. В своей биографии Мишель описывает более шести десятилетий работы в этой отрасли не просто как карьеру, а как форму «мономании». Это очень показательное слово. Для него трафаретная печать никогда не была просто методом печати. Это была навязчивая идея, язык, ремесло, наука, вид искусства и, прежде всего, образ жизни.

История Мишеля началась в 1954 году в Стокгольме, где в возрасте девятнадцати лет он устроился работать в подвальной мастерской, параллельно изучая социологию и журналистику. Именно там он познакомился с практической стороной трафаретной печати: ручной нарезкой плёнки, ранними машинами Svantesson (позже SVECIA), нейлоновыми сетками и фототрафаретной печатью, которая в то время ещё считалась почти секретным процессом. Уже на этой первой работе его работодатели отметили его энергию, точность, ум и природный талант. То, что началось как работа, вскоре превратилось в дело всей жизни.

Вернувшись во Францию в 1957 году, Мишель вступил в период интенсивного обучения. Он работал с Кастелли и познакомился со многими людьми, которые впоследствии оказали определяющее влияние на развитие европейской трафаретной печати, в том числе с Луи Дюбуа, Жаком Мунье и другими специалистами, занимавшимися разработкой оборудования, красок и технологий. Это были годы тяжелых условий труда, сушки на стеллажах, сильных химикатов и ручных процессов. Но это были также годы открытий. Мишель учился на практике, задавая вопросы и проводя испытания. Это стало одной из определяющих черт его карьеры: он никогда не соглашался с ограничениями процесса, как их описывали другие.

К началу 1960-х годов Мишель уже занимался писательской деятельностью, преподавал и вносил свой вклад в утверждение трафаретной печати в качестве серьезной графической техники. В 1959 году он присоединился к редакции журнала «Le Sérigraphe», позже переименованного в «Décoration POP Sérigraphie». В тот же период была создана Французская ассоциация трафаретной печати и появился первый официальный диплом по технологии трафаретной печати во Франции. В 1961 году была создана FESPA, объединившая национальные ассоциации трафаретной печати по всей Европе. Мишель был частью этого формирующегося сообщества: сети печатников, поставщиков, преподавателей и новаторов, которые понимали, что отрасль нуждается в структуре, обмене знаниями и международном сотрудничестве.

Отличительной чертой Мишеля было то, как он сочетал практические навыки с теорией. Он не считал трафаретную печать примитивным методом, подходящим лишь для нанесения плоских цветовых блоков. Уже в 1961 году он работал с четырехцветной печатью и полутонами с линейной плотностью 133 линии. К 1963 году он изучал теорию «суперпозиции» цветов, то есть наложения цветов друг на друга для создания гораздо более широкой цветовой гаммы, а также проводил исследования в области полутонов без традиционных точек — предшественника стохастической растрировки. Его идея была ясна: трафаретная печать может быть точной, тонкой и технически совершенной. С её помощью можно передавать оттенки, детали и насыщенность. Она может служить искусству, рекламе и промышленности.

Его первая крупная книга «Техники трафаретной печати» вышла в 1963 году. Это было не просто руководство. Это было частью более широкой миссии по преобразованию практического опыта в общедоступные знания.

Мишель понимал, что для полноценного развития трафаретной печати печатникам требовалось нечто большее, чем просто приёмы и устоявшиеся мастерские традиции. Им были необходимы разъяснения, четкая система, воспроизводимые методы и уверенность в своих силах.

1960-е годы также поставили Мишеля в центр художественной шелкографии. Он сотрудничал с художниками и стал частью энергетики той эпохи, в том числе визуальной культуры, сформировавшейся вокруг 1968 года. Он преподавал в Хорнси-колледже искусств в Лондоне и занимался шелкографией, литографией и гравюрой. В 1969 году он основал студию «Sérigraphie Michel Caza» в Франконвиле, положив начало новому этапу своей деятельности, сосредоточенному на изобразительном искусстве, рекламе в местах продаж и творческой печати. В последующие годы он выполнял печать для чрезвычайно широкого круга художников, в том числе таких деятелей, как Дали, Шагал, Миро, Лихтенштейн, Колдер, Вазарели, Соня Делоне и многие другие. Его книга «La Sérigraphie» 1973 года, посвящённая художественной трафаретной печати, помогла придать этому процессу то, что он называл «знаками благородства».

Однако значение Мишеля не ограничивается лишь искусством. Он также был одним из величайших технических новаторов в области трафаретной печати. В середине 1970-х годов он активно включился в разработку технологии УФ-трафаретной печати, тесно сотрудничая с Жаком Мунье и Жан-Пьером Вивесом в компании «Dubuit». Их цель была амбициозной: заменить множество систем на основе растворителей единой технологией красок и снизить зависимость от растворителей. Мишель задолго до того, как УФ-печать стала массовой, осознал её экологические, технические и производственные преимущества. Он продвигал эту технологию на международном уровне, в том числе в США и Великобритании, а в 1980 году опубликовал книгу «Теория и практика УФ-трафаретной печати ». Эта работа способствовала признанию УФ-отверждения важным шагом вперёд для всей отрасли.

В то же время Мишель никогда не терял связи с производственной реальностью. Закрыв одну из компаний в 1978 году, он вскоре вернулся к полиграфическому делу, когда израильский художник Дэн Райзингер и редакторы Лео и Маурисио Дейкас обратились к нему с просьбой реализовать проект «Свитки огня »: Это монументальный и знаменитый шедевр, посвящённый еврейской диаспоре, изображённой на 53 оригинальных гравюрах тиражом по 250 экземпляров каждая. Чтобы завершить работу в сжатые сроки, он специально для этого арендовал временную мастерскую в Понтуазе. Эта работа по-настоящему тронула его и стала поворотным моментом в жизни Казы. Именно тогда он принял решение вернуться к изобразительному искусству, рекламе и промышленной печати. Затем «Atelier d’Art Michel Caza» переехал в соседний Сержи и приступил к усовершенствованию того, что он называл «процессом Cazaway». Появилась новая технология, и важное значение имеет его объяснение: «Исследования невозможно отделить от повседневной реальности полиграфической практики. Именно на печатной машине возникают проблемы, там проверяются идеи и рождаются будущие разработки». Именно в этот момент он познакомился с Терезой — ключевой момент в их истории, связанной с трафаретной печатью; с этого момента они вместе создали компанию «Graficaza».

1980-е годы принесли с собой новые инновации. Мишель перешёл на использование растрных рамок с высоким натяжением после встречи с Доном Ньюманом в Чикаго (рамки «Newman roller») и с 1984 года включил их в повседневную практику. Его мастерские расширились: сначала в Сержи, а затем в рамках компании «Graficaza», где объединились искусство, реклама и промышленное производство. Он продолжал расширять технические границы: полутоновые изображения с тонкой линией, стохастическая растрировка, полутоновые изображения с разрешением 300 линий, а позднее — стохастическая печать с разрешением 650 пикселей на дюйм. Кроме того, он продолжал исследования в области УФ-красок для сложных материалов, включая полипропилен, полиэстер и алюминий.

За этим последовало признание. Мишель стал членом Академии технологий трафаретной печати и за четырнадцать лет завоевал более 160 наград в таких областях, как искусство, текстиль, издательское дело, POP-реклама, керамика, плакаты, рекламные щиты, открытки, самоклеящиеся материалы, дерево и металл. Он также стал лауреатом многочисленных наград FESPA, в том числе 22 премий на выставке FESPA 1996 года. Однако эти награды были не просто личными трофеями. Они продемонстрировали, каких результатов может достичь трафаретная печать, когда технические знания, дисциплинированное производство и творческие устремления объединяются в единое целое.

Сотрудничество Мишеля с FESPA сыграло ключевую роль в его международной деятельности, поскольку он был одним из соучредителей этой организации в 1962 году. Он стал одним из пионеров ранней европейской сети специалистов по трафаретной печати, а впоследствии вернулся во французскую ассоциацию и вновь вошел в состав правления FESPA в 1989 году. В 1996 году он стал президентом FESPA. К тому времени он уже на протяжении десятилетий оказывал помощь специалистам по трафаретной печати по всему миру посредством семинаров, статей, книг, демонстраций и личного наставничества. Его влияние распространялось от Европы до Северной Америки и Азии — от Денвера до Сингапура, Пекина, Ставангера, Бирмингема, Чикаго, Милана, Стокгольма, Барселоны, Цюриха, Нового Орлеана, Монреаля и Торонто.

Для сегодняшних членов FESPA вклад соучредителя Мишеля Каза можно оценить с трёх четких точек зрения.

Во-первых, он способствовал превращению трафаретной печати из ремесла в отрасль промышленности. Он уважал это ремесло, но стремился сделать его систематизированным, поддающимся количественной оценке и способным удовлетворять современные производственные потребности.

Во-вторых, он доказал, что трафаретная печать может быть как художественной, так и промышленной. Он с легкостью переходил от художественных репродукций к рекламным стендам, наклейкам, музейным репродукциям, керамическим декалям, мембранным переключателям, приборным панелям автомобилей, проводящим чернилам и текстильным изделиям.

В-третьих, он щедро делился своими знаниями. Он обучал, информировал и вдохновлял сотни печатников. Он писал, преподавал, проводил демонстрации и побуждал других повышать свои стандарты. Те, кто учился у Мишеля или проходил у него стажировку и понимал, что интенсивная концентрация на совершенствовании и продвижении процесса приносит огромную пользу, получили неоценимую пользу от его подхода. Я помню, как Мишель и Тереза Каза приезжали к нам в Брайтон, и наши дискуссии о преимуществах и сложностях растрирования с шагом 300 lpi в художественной трафаретной печати, а также два дня тщательного изучения каждого элемента — от натяжения сетки и толщины трафарета до реологии краски и последовательности цветов при печати в системе CMYK. Начав свой путь в трафаретной печати в 1984 году, я полагал, что знаю кое-что об этом деле, но Мишель напомнил мне о важности непрерывного обучения, которое открывает новые области для изучения и пробуждает любознательность в стремлении достичь наших целей.

Мишель однажды написал, что специалисты по трафаретной печати стали «создателями изображений», оставаясь при этом специалистами по трафаретной печати. Эта фраза точно отражает его наследие. Он рассматривал этот процесс не как узкую технику, а как гибкую технологию создания изображений с необычайным диапазоном возможностей. Его жизнь напоминает нам, что прогресс в области печати основан на любознательности, дисциплине, сотрудничестве и смелости ставить под сомнение общепринятые ограничения.

Для FESPA Мишель Каза — это не просто бывший президент. Он является частью живой памяти федерации: полиграфист, писатель, преподаватель, исследователь и пионер, чья деятельность помогла сформировать современную трафаретную печать и чей пример по-прежнему служит ярким примером для каждого полиграфиста, стремящегося к совершенствованию.

В заключение хотелось бы отметить, что такие выдающиеся люди, как Мишель, отдали все свои силы, чтобы заложить основу для тех из нас, кто пришел после них, и мы в долгу перед ними за их новаторство и профессионализм. Трафаретная печать по-прежнему остаётся динамичным и удивительно творческим процессом, который, хотя и уступает на некоторых рынках широкоформатной струйной печати, по-прежнему способен придать изделию творческий штрих в виде флуоресцентных, металлических эффектов, ароматизаторов, блесток, лаковых покрытий или фактур, превращая обычное в необыкновенное.

Мишель Каза скончался 23 мая 2026 года в возрасте 91 года — мы будем скучать по нему, но будем продолжать следовать его духу.